Белорусский этномузыкант выпустил «Марийские песни»

Известный белорусский этномузыкант, один из активистов балтского возрождения в Беларуси, Алесь Микус выпустил концептуальный альбом под названием «Марийские песни».

Альбом включает в себя стихи и музыкальные композиции, основанные на них, они написаны под впечатлением от поездки на всемарийское моление - Тӱня Кумалтыш в октябре этого года. 

 

 

 

Корреспондент инфоцентра FINUGOR попросил музыканта рассказать о его новом творении и о том, что его побудило обратиться к марийской теме.

- Алесь, в октябре вы написали новый цикл стихов посвященный финно-угорской России, Поволжью. Что именно побудило вас на такой поворот в своем творчестве?

В октябре я побывал на мировом марийском молении в Марий-Эл. Но сложно сказать, что именно конкретно побудило. Новые ли впечатления, дальнее ли путешествие, или нечто прежде совсем не виданное. То, что я видел там, это совсем за гранью любых нарративов. Но что-то оттуда меня вдохновило.

- Вы впервые были на марийском молении? Каковы общие впечатления от вашего путешествия?

На таком большом - да, впервые. Перед этим мне посчастливилось участвовать в марийском мероприятии подобного рода под Москвой. Что касается путешествия, то я не перестаю удивляться, как за Москвой меняются люди. Языки, внешность, повадки. Я привык, что в Москве люди очень разные. И что западнее Москвы люди, можно сказать "русские", не сильно от наших внешне отличаются. А за Москвой начинается что-то совсем другое. Я там совсем чужой, в отличие от местности западнее Москвы. Вероятно, это связано с пограничностью Москвы между древним миром балтом и финнов. Несколько лет назад у меня  доходило до курьезного. Пересекая на поезде в сторону Ярославля бывшую условную границу этих двух миров, у меня вдруг возникло желание сойти с поезда, даже спрыгнуть немедля, захлестывало что-то такое. Или, купаясь в озерце под Иваново, откуда-то из глубины приходило ощущение чуждости, непородненности с местом, с этим пространством. Странно, но в Марий-Эл этого не было. Может, потому что там финны настоящие, не русифицированные, не с задавленным своим естеством. Почему меня так позитивно приняло марийское пространство, для меня загадка. Пространство тех же финнов, но сменивших все, включая язык и идентичность, принимало меня в большей степени в штыки.

- А  на марийском молении проходившем в Подомосковье, на земле обрусевших меря, там тоже было ощущение чуждости, или нет?

Нет, но там было просто волшебно. Трудно сказать, от чего это зависит. Скорее, это зависит от людей-проводников.  Вот пример из другого пространства. Когда мы с голландскими друзьями были в гостях у итальянцев, те повели часть из нашей компании, в которую я не тогда вошел, в подземный древний храм бога Митры, находящийся под одним костелом в центре Рима. А потом, уже без итальянцев, мы дважды туда приходили, и все что-то мешало попасть внутрь. Так и тут с Подмосковьем. Проводники бесценны. Но это мероприятие было примечательно еще и тем, как там вплелась балтская тема. Получилось так, что под балтскую волынку прозвучала молитва к балтской богине огня Габии. Ровно в этот момент выглянуло солнце. Карт, марийский жрец, это особенно отметил, и было видно, что его это тоже вдохновило. Я это все не классифицирую, просто рассказываю про отдельные эпизоды.

- Вернемся к стихам. В стихотворении "Гусь", как  я понимаю, отображены чувства посетившие вас  непосредственно во время марийского жертвоприношения в священной роще. Все одновременно предельно материально, шейка, лапки, гусиные потроха, цепкие пальцы женщин, и одновременно потусторонне, как мне видится. В чем глубинный смысл этого текста для вас?

И этот стих, и другие - в них нет каких-то высот метафизики. Это не Гельдерлин и не Эзра Паунд. Читателям и слушателям, конечно, лучше видно, но мне кажется, что там выглядит все довольно буднично. Так написалось, изложилось. Лапки, кровь, пальцы - все очень приземлено и предметно. Извне оно ведь по-другому видится. Я тоже по-другому видел, когда раньше смотрел на фото с марийских молений. Там по-хорошему фотографировать нельзя, но многие запрет обходят. То есть я видел лапки и потроха жертвенных гусей и раньше. И на расстоянии это все смотрелось мракобесно. А вот изнутри, когда ты погружен, оно спокойнее, ближе, мягче, роднее, светлее, радостнее. Меня вообще впечатлил сам подход. Люди молятся богам, но наверх не смотрят, смотрят на уровне глаз, на священное дерево, березу, а уж по ней оно как-то так само идет. То же и с лапками гусей. Я тоже жертвенного гуся ощипывал, руки помнят теплоту и мягкость его мышц. И, наверное, оно как-то по-доброму мне зачтется. Но в момент было просто действие, пальцы, перья, кожа, теплые мышцы, запах жертвенных костров. Этот разрыв между ритуальным действием и потусторонней сферой - он скорее правилен. Не надо туда лезть, как делается в более популярных сегодня мировых религиях.

- То есть во время ритуальных действий не думаете об абстрактных божественных сферах, все сугубо вещественно, жизненно?

Обо всем думаешь. Но когда работаешь, тут не до размышлений. Перья-то не во всех местах легко ощипываются, где-то легче, где-то усилие надо приложить. Но, конечно, присутствует фоном понимание, что все это правильно, для добра и вообще места для лишних мыслей внутри тебя не остается. Что-то особенное заполняет.

- Как восприняла белорусская аудитория ваш новый цикл?

Как это ни странно, но эту работу я как-то не ориентирую на белорусскую аудиторию. Это скорее моя благодарность марийской стихии и ее носителям за то, к чему мне удалось прикоснуться. Если кто-то из белоруской аудитории найдет вдруг здесь что-то интересное для себя - замечательно. Но это не цель. Впрочем, наверное, любая среда, где отсутствует прокаченная и постоянно разрабатываемая связь с Высшим, неизбежно склонна "хавать" любой продукт, а не переживать его. Мне неинтересно, чтоб "хавалось", интересно, чтобы вдумчиво Переживалось.

  - Алесь, что бы вы хотели пожелать российским финно-уграм, читателям инфоцентра, слушателям вашего альбома?

И после малого моления под Москвой, и после большого - под Йошкар-Олой я убедился, что марийские Боги реально помогают. Конкретные просьбы - конкретные результаты. Это удивительно и, если честно, иногда не укладывается в голове. Пожелать хотелось бы, чтобы марийцы продолжали молиться за всю "замосковную" часть современной России; чтобы наследники финно-угрской старины брали в этом с них пример; и чтобы "домосковной" части посчастливилось догукаться до не менее древних и благоприятствующих балтийских божеств.

Фото Андрей Мерянин

Regions: 
Народы: 
Автор материала: