Художник Валентин Константинов: «Если человек в ночнушке с принтами и берцах, с «коловратом» на груди скажет вам, что он этнофутурист — не верьте ему»

10 апреля в городе Грязовец Вологодской области в местном музее открылась мерянская этнофутуристическая выставка Андрея Малышева и Валентина Константинова «Мифы малой Родины. Инфоцентр FINUGOR представляет вашему вниманию интервью с одним из авторов выставки, художником Валентином Константиновым.

- Добрый день, Валентин. Чем обусловлен Ваш интерес к мерянскому и шире финно-угорскому наследию?

Этот интерес обусловлен моими корнями, прадед по материнской линии и все его предки — из города Молога Ярославской губернии. Сейчас дом, в котором когда-то жила семья прадеда, стоит на дне Рыбинского моря. А, как известно, всё Верхнее Поволжье — это территория финно-угорского народа меря. Безусловно, у меня не только мерянские корни, в моем роду были и татары, кривичи, эрзя, вятичи. Культура каждого из перечисленных народов уникальна и интересна. Но я решил остановить свой интерес на меря, мне нравится заниматься именно этим народом.

Жду вас дизайнеры на Мерянской земле

- Хотелось бы определиться, скажем так, в дефинициях истины. Что такое этнофутуризм, по-вашему мнению?

Этнофутуризм в моем понимании — это течение, порожденное уходящим от нас постмодернизмом. Многие люди задаются вопросом, какое направление в искусстве сейчас существует, так вот, в данный момент — постмодернизм, ироничное цитирование готовых форм, которое все более походит на откровенную издевку, поэтому часто мы можем видеть проявления предельно циничной иронии, затрагивающей самые низменные стороны человеческой жизни, которая почему-то именуется современным искусством. На мой взгляд, этнофутуризм — это творческий метод, который предлагает современному художнику очень комфортную форму самоопределения. 

Финно-угорский календарь

Этнофутуризм — это, прежде всего, бережное и ответственное отношение к реальным традициям и материалам прошлого, их творческое осмысление и сохранение; он не призван, по моему мнению, с кем-то спорить и кому-то что-то доказывать, поскольку в его основе лежат результаты реальных исследований ученых: историков, археологов, лингвистов, этнографов, краеведов, и т.д. Это лишь моя версия, я уверен, что коллеги, художники-этнофутуристы, коих немало в России и за рубежом, дополнят или озвучат или уже озвучили свою версию.

- Этнофутуризм — достаточно молодое явление. Расскажите нашим читателям о его происхождении и современном состоянии.

Да, с точки зрения истории искусства, молодое, но я бы сказал уже сформировавшееся. Пионерами этнофутуризма, зародившегося в 1980-х, считаются эстонцы — родоначальники движения К.И. Синиярв, С. Кивисильдник, Ю. Каукси, В. Ряник, Ю. Эльвест. В новом глобальном мире это желание сохранить традиции своего народа и его культуру. Из Эстонии он пришел в Россию. Например, в республике Коми коренным идеологом этнофутуристической живописи является Павел Микушев, В Удмуртии — Сергей Орлов, Вячеслав Михайлов (Гиргорей Слави) и Зоя Лебедева, в Мари Эл — Сергей Бушков, Юрий Таныгин, Измаил Ефимов.

На ниве мерянского этнофутуризма это Андрей Малышев и ваш покорный слуга. Ну и, конечно, многие другие. Всех, безусловно, мне перечислить не удастся, это сотни художников, писателей, музыкантов, актеров.

Йолс и Утка. Анка Линд.

- Каким статусом по состоянию на сегодня обладает Ваше течение? Есть официальное признание, или все-таки движение ограничивается периферией мира выставок и галерей?

Выставки художников-этнофутуристов проходят регулярно, насколько мне известно.

Сейчас действует одно правило, тут я процитирую Арто Самуэля Мустайоки - финского русиста, профессора русского языка и литературы Хельсинкского университета: «В современном мире все зависит от маркетинга». И от этого железного факта мы и будем отталкиваться. Тут все именно в руках самих художников, и организация выставок, и финансирование. Кто-то может договориться с большой галереей в Москве, а кто-то ограничивается сетевой публикацией работ. Сейчас человек полностью свободен как в творчестве, так и в организации акций и выставок в рамках закона, разумеется. Общие этнофутуристические выставки и форумы тоже уже давно не редкость.

В финно-угорских республиках России они, конечно, проводятся чаще, а мерянский этнофутуризм еще только развивает свое движение, но вполне уверенно набирает обороты. Растет интерес к меря, муроме, кривичам, карелам, чуди, вепсам, ижорам, води и другим народам, сформировавшим российский народ как таковой. Есть множество ресурсов и сообществ, занимающихся этой тематикой. Государственные и частные культурные организации открывают культурные центры, снимают фильмы и передачи для телевиденья.


 

Древний змей мерянский.  Анка Линд.

Славянские имперские националисты почему-то видят в интересе к своей региональной этнической истории и традициям «сепаратизм» и пресловутую «руку Запада», «протягивающую доллары США прямо из госдепартамента, минуя почту России». Но такие люди и бабушку у своей парадной в массоны или рептилоиды запишут.

Кто-то агрессивно указывает этнофутуризму на дверь. Мол, нечего тут выяснять да исследовать, понятно и так все… ходят тут всякие!

Как правило, финансирование мерянских выставок и фильмов происходит государственными организациями: телекомпаниями, галереями, музеями. Так что никто не ставит каких-то палок в колеса нашему движению. Хотя мне кажется, что государству стоит обратить больше внимания на это культурное явление и всячески его поддерживать.

Ведь этнофутуристу есть что сказать и показать: в любой точке России каждые регион и область имеют свои уникальные традиции и богатое прошлое. Это могло бы способствовать интерес к истории родного края и пониманию своего места в этой истории и в целом в нашей многонациональной стране.


Старый Чепас и волшебное яблоко.  Анка Линд.

- Какие области искусства покорены этнофутуризмом: живопись, литература, кино? Может другие?

Все из вышеперечисленных. Вспомните тот же фильмы Алексея Федорченко и Дениса Осокина «Овсянки», «Небесные жены луговых Мари» или документальный фильм Андрея Шляхова «Среднерусская Атлантида».

Есть ряд интересных интернет-проектов по мерянской тематике, таких как «Мерянский язык», «МеряМир», о мерянских наличниках,  проект «Один в прошлом».

Сватовство Йолса.  Анка Линд.

- Кто занимается продвижением этнофутуризма в России?

Мне кажется, что каждый человек, кто считает эту землю предков своей родиной. Думаю, у него найдется много сторонников и столько же критиков. Поэтому каждый, кто интересуется краеведением, продвигает этнофутуризм в какой-то мере. Хотелось бы иметь, конечно, некий общий этнофутуристический центр, возможно, с господдержкой, и, думаю, это вполне возможно.

Нужгол-щука.  Анка Линд.

- С каким религиозным направлением наиболее связан этнофутуризм?

Этнофутуризм при своей явной этнической направленности не связан с какой-то конкретной конфессией или течением. Тут, думаю, все зависит от человека. Православие в России — это очень старая и широко распространенная традиция, и очень многое из культурного наследия связано именно с ней. Это касается региона Верхнего Поволжья. В Удмуртии, Мари-Эл, Коми, Мордовии сохранилось настоящее древнее язычество. В других землях главные позиции занимает ислам, в Сибири хорошо сохранился шаманизм, в Бурятии и Алтае — буддизм. Даже иудаисты есть!

В rаждом из регионов возможен этнофутуризм, если какой-либо религиозный оттенок и присутствует в этнофутуристическом творчестве, он всегда связан с местной народной традицией и убеждениями конкретной личности. Но, сразу оговорюсь, по моему личному мнению, модное ныне неоязычество и этнофутуризм несовместимы.

Ерман-кугыза.  Анка Линд.

Реконструкция традиционной обрядности с научно-исследовательской целью — это одно, а новодельные идолы «славянских родноверов» совершенно неясного происхождения — совершено другое. Так что если человек в ночнушке с принтами и берцах, с «коловратом» на груди скажет вам, что он этнофутурист — не верьте ему, это фэйк.

Для меня, например, огромный интерес представляют первые шаги христианства на финно-угорских территориях будущей Центральной и Северной России, их взаимодействие с местными племенными верованиями. Когда все глубже погружаешься в изучение этого вопроса, популярная страшилка «славянских родноверов» про «крестили огнем и мечом» оказывается, мягко говоря, неправдой…

Итак, повторюсь, чаще всего этнофутуризм связан с тем корневым религиозным направлением, которое реально существует в конкретном регионе и оказывает на его культуру значительное влияние.

Обноран Павли.  Анка Линд.

- А Вы сами принадлежите, к какой вере или конфессии?

По убеждениям я православный христианин. Ну или скорей стараюсь им стать. Большая часть моих предков придерживалось этой конфессии, собственно просто семейная традиция.

А как православие уживается с явными языческими мотивами в творчестве?

Православная вера не возникла на мерянской земле в одночасье. Это был длительный процесс культурного взаимопроникновения. Жития древних святых это интереснейшие документы, которые могли бы пролить свет на волнующие многих вопросы. Ведь большую часть о дохристианской культуре мы знаем именно из них.

Сказки про «огнем и мечом» и одномоментное крещение всей Руси давайте оставим тем, кто в них верит. Этнофутуризм все же основывается хоть и на спорной местами но все же документальной базе.


Дух Юмаллы.  Анка Линд.

В той же Российской империи было множество художников обращавшихся в своем творчестве к языческим и этническим мотивам, при этом это никак не мешало им быть православными, ведь в сути своей православие является живой традицией отрицая которую человек выкидывает огромный культурный пласт.

Урма. Пяти дочерей мерянских.  Анка Линд.

- Валентин, на портале Мерямаа читали отрывок Вашего футуристического эпоса»Анка-линд. О чем он?

Анка Линд это мерянский эпос каким бы он мог быть. Сама книга написана на «русско-мерянском « языке слогом напоминающим «Калевалу». В основе книги лежат результаты раскопок, работы этнографов, летописи. Говоря проще мерянские сказки, написанные одним автором.


Древо мира.  Анка Линд.

-Так понимаем, что это в большей степени фэнтезийное повествование, или все же нет? И как появилась идея его написания?

Фентези и сказки все же разные вещи. Идею мне подал мой друг и коллега Андрей Малышев. Реальных сказок народа меря не сохранилось, так что возможно эти неомерянские сказки пока единственные в своем роде.

Есть два более или менее достоверных момента в книге. Это вступление , там описывается вполне реальный сон, который мне приснился перед написанием книги и сказка о волшебном яблоке, которую я нашел в сети и творчески переработал.

В любом случае без Андрея эта книга бы не состоялась.

Нойтермаа.

- Вернемся к этнофутуризму как к явлению. Чьи и какие работы условно «классического этнофутуризма» для Вас образец?

Любые работы коллег по цеху для меня интересны. Течение слишком молодое для того, что бы стать классикой для кого-то.

Но могу рассказать свое оценочное мнение о коллегах по цеху, с работами которых хоть как-то знаком. Андрей Малышев (Мерянин) — в его работах мне видится как раз этнофутуристический подход. Совмещение древних графических образов и компьютерной цифровой графики крайне выразительны и понятны.

Из марийских этнофутуристов Юрий Таныгин использует классический живописный подход, его работы мне очень нравятся по цвету и технике. Сергей Бушков использует аналогичный подход. Юрий Лисовский применяет в основном графический подход к творчеству, его, я думаю, смело можно отнести к классикам этнофутуризма. Павел Микушев прибегает только к графическим образам, что придает его работам особую осмысленную энергетику.

Думаю, что графическая символическая система тут наиболее удобна. Хотя со временем, возможно, подход и техника изменятся.

Если я кого-то забыл упомянуть или выразился неточно, прошу простить меня.

Нойтермаа.

- Можно ли воспринимать этнофутуризм в качестве политической идеологии? История знает примеры — те же ситуационисты.

Нет, конечно, какая тут может быть политика? Политикой можно заниматься только тогда, когда делать совсем нечего или делать ничего не умеешь. А у этнофутуризма столько еще дел и работы, что за короткую человеческую жизнь не управится.


Нойтермаа.

- Самый главный вопрос — перспективы развития?

Перспектив много. Яркое новое движение может дать отпор серой космополитичной массе постмодернизма в искусстве и коричневой грязи неонацизма в обществе. Подарить современному человеку твердую почву под ногами с полным осознанием, кто он, где и зачем тут. Само направление имеет большие глобальные планы и, безусловно, будет развиваться, где-то больше где-то меньше.

В России этнофутуризм сможет ответить на вопрос, из каких этносов и народов сформировался Российский народ, каковы были обряды, костюмы и традиции в том или ином регионе нашей страны и почему. Хочется верить, что он решит проблему растущего неонацизма в мире, потому что нет каких-то высших или низших культур, больших или малых народов. Взаимоуважение культур и народов — вот, думаю, высшая цель этнофутуризма. Пока он занимает скорей оборонительную позицию, чтобы в глобальном мире защитить региональные культурно-этнические идентичности.

Людям важно понять, что первым за счет второго быть невозможно по умолчанию. Поливая грязью и уничижая культуру соседей, нельзя сделать свою лучше. Мы работаем четко по товарищу Махатме Ганди: «Сначала тебя игнорируют, затем над тобой смеются, затем с тобой борются, затем ты побеждаешь». Фазы игнорирования и насмешек давно прошли, и сейчас, к своему сожалению, я вижу среди критиков этнофутуризма не только неонацистов и «родноверов» но и активистов, которые считают себя православными, хотя и то, и другое бессмысленно. Как уже говорилось выше, мы ни с кем не боремся и не спорим и всегда открыты для конструктивной критики и диалога.

Я верю, что взаимопонимание в результате будет достигнуто и всякие споры и конфликты устранены.


Йолс.

- Что Вы пожелаете читателям инфоцентра FINUGOR?

Я хотел бы пожелать читателям, не терять интерес к истории родного края и любить свою малую родину и страну в целом!

 

Регион: 
Народы: 
Автор материала: 
Читайте также:
ВОЙДИТЕ, ЧТОБЫ ОСТАВЛЯТЬ КОММЕНТАРИИ