«Когда на вертолете летишь над округом, у них там вообще-то все шоколадно»

С момента образования Пермского края прошло пять лет. «Соль» использовала этот повод, чтобы обсудить с губернатором Олегом Чиркуновым итоги и перспективы развития Коми-Пермяцкого округа в составе региона. Губернатор в разговоре был щедр на оригинальные идеи и бодро рассуждал о законах Пермского края на двух языках, о полуофициальном лесопромышленном комплексе и даже о коми-пермяцком бамбуке.

— Олег Анатольевич, какие плюсы и минусы вы как глава региона по прошествии пяти лет видите в том, что Пермская область и Коми-Пермяцкий округ объединились?
— Для начала сформулируем, могла ли быть альтернатива. Ответ: альтернативы быть не могло. Сейчас мы уже можем сказать, что фактически у нас не было двух независимых субъектов Федерации. Всегда исторически был один. В какой-то период произошло разделение. Оно не имело под собой никакой экономической основы. Коми-Пермяцкий округ не был финансово достаточным, все контакты в любых значимых областях жизни шли через Пермь: самолеты, железная дорога, серьезные медицинские услуги, высшее образование. Мы всегда были едины. Вообще-то объединение — это исправление неправильного процесса предыдущего периода. Для самодостаточного субъекта Федерации несколько сотен тысяч жителей — это мало. Ни внутреннего рынка, никакого интереса со стороны инвесторов к округу не было. Так что первое — не могло быть по-другому.

Теперь с точки зрения экономики. Самое простое — Коми-Пермяцкий округ объединился и получил такое же финансирование, как все остальные муниципалитеты края. В первый же год после объединения в муниципальные бюджеты округа пришло на полмиллиарда рублей больше. Для них это — колоссальная сумма. Тогда я общался с главами, и ни один из них не жаловался на финансирование. Впервые за многие годы дороги увидели дорожную технику; построен ряд детских садов, школ, больниц в сельских районах, бассейн в Кудымкаре, идет реконструкция национального Драмтеатра. Что-то стало происходить с инфраструктурой: дороги протянулись на Березники, Соликамск, строятся на север, на Сыктывкар. Коми-Пермяцкий округ перестал быть тупиковым.

Из сложных задач — развитие экономики. Можно радоваться тому, что идет рост лесозаготовок. Но все равно территория не является промышленно развитой, самодостаточной. Пермская область взяла на себя обязательство тратить на округ те 3 миллиарда рублей в год, что раньше тратили федералы. Сначала эти деньги компенсировались из федерального бюджета, с 2009 года мы тратим свои средства. Я считаю, это нормальная плата для области за то, что мы получили дополнительную территорию, потенциальные возможности развития.

Если посмотреть глобально, Коми-Пермяцкий округ не является сегодня точкой роста. Чтобы он таким стал, нам надо реализовать большой проект — «Белкомур».

— Как получилось, что проект «Белкомур» разделился на северную и южную части?
— Мы с другими регионами-участниками проекта всегда исходили из того, что это дорога на Архангельск, единая трасса. Мы никогда не допускали возможности разделения ее на две части. Но получилось, что некоторые из наших партнеров заявили, что они не против разделить дорогу на два участка — северный и южный. В этой ситуации мы занимаем простую позицию — нам это очень выгодно. Нас устроит дорога до Сыктывкара. Это не решение глобальной задачи — строительства дороги до северного порта. Но это решение для наших калийных предприятий. Они смогут довезти свою продукцию до Сыктывкара, потом — железной дорогой до Вологды и уйти в знакомый нашим калийщикам порт Санкт-Петербурга. Такой вариант нас устраивает, и также нас устраивает то, что не мы были инициаторами разделения дороги на два участка.

Северный участок Белкомура привязан к порту. Как только появится глубоководный порт в Архангельске — у них появится шанс строить железнодорожный путь к нему. А дорога на Сыктывкар — уже сегодня экономически разумна. Когда мы говорим про бизнес, он точно рассматривает только южный участок дороги. А о том, чтобы выйти в другие морские пространства, должно позаботиться государство. Эти темы тоже прорабатываются.

— В чем преимущества Коми-Пермяцкого округа и как вы планируете их использовать?
— Любая мультиязыковая территория имеет свои преимущества. Даже с точки зрения того, как тренируется голова человека — тот, кто говорит на двух языках, легче заговорит и на третьем. Развивается способность человеческого мозга мыслить на двух языках.

Финно-угорская культура должна быть очень важной составляющей. Это ниточки в сторону Финляндии — лишь бы мы научились их протягивать. Я убежден, что это наша изюминка, которую мы пока не научились использовать. Я вижу, как европейские страны любую такую вещь обыгрывают. У нас пока не получается, но в перспективе мы должны это сделать.

— Есть ли шансы и предпосылки для того, чтобы округ когда-то стал экономически самодостаточным?
— Это проблема всех наших северных территорий за исключением промышленного узла Соликамск — Березники. Все, что там дальше — Чердынь, Красновишерск — абсолютная копия Коми-Пермяцкого округа. Надо понимать, для чего предназначены эти территории с точки зрения разделения труда. Рецепта у меня нет. С точки зрения культуры русским проще мигрировать в другие места. Для коми-пермяцкого народа округ — это их родина. Они более к ней привязаны, и нам надо понимать, как именно на своей земле они смогут развиться экономически.

Для коми-пермяков их округ — это исторические места развития. Все равно что для нас Чердынь — это место, откуда русские осваивали территорию. Неважно, есть там экономика или ее нет — это наша культура. Так и вся коми-пермяцкая тематика — должна быть всегда. Две культуры должны сохраниться на севере края: русская в Чердыни и финно-угорская в Коми-Пермяцком округе.

— Готов ли регион вкладывать средства в развитие туристической инфраструктуры, коль уж это чуть ли не единственная возможность развития?
— Туризм — это не только инфраструктура. Это трафик. Если будет создан трафик — инфраструктура с поддержкой государства или без нее — прорастет. Дело в другом: у нас самих сегодня нет особого интереса путешествовать по территории Пермского края и проводить здесь свое свободное время. Нам проще уехать на курорт в Турцию, чем на неделю по Пермскому краю.

Сутевой инфраструктуры нет — куда ехать, что смотреть, что запомнится, чем потом будем гордиться? Золото инков люди едут смотреть на другой континент. Чем пермский звериный стиль отличается от золота инков по значимости?

— Кроме культуры и Белкомура, какие есть возможности для Коми-Пермяцкого округа?
— Как бы это сказать... Когда на вертолете летишь над округом, у них там вообще-то все шоколадно. Левых лесопилок там такое количество! Везде что-то пилят. Вот такой полуофициальный лесопромышленный комплекс. Так это уже хорошо! Они пилят лесные ресурсы, что-то продают — главное, что появилась активность, начали что-то делать. Вот туда их и надо вести, что-то делать вокруг леса. Беда только в том заключается, что неизвестно, будет ли наш лес значимым ресурсом через 10 лет?

В наших странах-конкурентах люди научились эвкалипт растить. У нас лес растет 80 лет, а эвкалипт — 10. Бамбук — вообще один сезон. Будет бумажная промышленность развиваться на основе елок или на основе бамбука? Нам бы изобрести свой бамбук, коми-пермяцкий, который чем больше мороз, тем лучше растет — тогда мы победители! А если серьезно, то надо понимать, на что в перспективе будет спрос на рынке леса и подстраиваться под это уже сейчас.

Александра Колпакова, "Соль"